Степняки, превыше всего ценившие жизнь человека

4 002

4 001О ценности жизни рассуждает директор Института истории и этнологии им. Ч. Валиханова, доктор исторических наук, профессор Зиябек Кабульдинов. Почему обесценилась жизнь человека? А как это было в традицион­ном казахском обществе?

Высокая оценка жизни человека и кун
Жизнь человека в Степи была превыше всего. Случаи убийств и самоубийств были чрезвычайно редки, да и то – не умышленные. Одним из сдерживающих факторов на пути совершения тяжких преступлений была выплата куна (огромных размеров штрафы в виде скота) и родовая ответственность. Как известно, со времен Тауке хана степняки могли спасти свою жизнь, выплатив кун. В случае его выплаты мог последовать отказ от кровной мести. Обеими сторонами строго обговаривались условия и сроки выплаты куна. За убитого мужчину платили 2000 овец, или 100 лошадей, или 50 верблюдов. Мужеубийца также могла отделаться выплатой штрафа, если ее прощали родственники мужа. За убийство султана или ходжи платили кун в 7 раз больше, чем за простолюдина. Поэтому прежде чем лишать жизни человека, степняки имели время подумать. В книге И. Казанцева «Описание киргиз-кайсак», изданной в 1867 году, отмечалось: «Убийство, напротив, запрещалось и если бы произошло, то взыскивалось с виновных в штраф по куну».
Женщина, убившая своего незаконнорожденного младенца, подвергалась смертной казни. Казахское общество и его законы очень жестко относились и к тем женщинам, которые делали аборты. Вот как писал об этом в своих записках оренбургский купец Д. Белов, описывая хозяйство, домашний быт и обычаи казахов долины Сырдарьи в 1869 году: «У киргизов детоубийство и изгнание плода бывает очень редко, за изгнание плода судятся как за убийство».
Изнасилование приравнивалось к убийству. В данном случае виновный мог откупиться куном. Насильно увезший чужую жену наказывался смертью или мог откупиться выплатой куна. Если кто убивал обороняясь и при этом имел свидетелей, то он платил половину куна. Но в случае отсутствия их выплачивал полный кун. Половинный кун платили и при совершений убийства по неосторожности.
За укрывательство убийцы или оказание помощи в его побеге виновный платил кун. В случае убийства во время барымты подсудимый также платил кун. Кто убивал вора, разбойника или убийцу, при этом никакого наказания не нес. К смертной казни приговаривали и за кровосмешение. Как известно, казахские обычаи категорически запрещали вступать в брак родственникам ближе седьмого колена.

Пословицы и поговорки о человеческой жизни
Речь степняков изобиловала поговорками и пословицами, касающимися жизни человека. «Өлімнен басқаның бәріне асық» («Кроме смерти, всюду спеши»), «Мың жұмақтан-бір күн тірлік артық» («Лучше день на земле, чем тысячу дней в раю»), «Мысықтың өлімі-тышқанға той» («Смерть кошки– праздник для мышки»), «Өткен қайтып оралмас, өткен қайтып келмес» («Прошлое не вернешь, умершего не оживишь»), «Өлім жайлы көп айтса, тірінің берекесі кетеді» («Когда о смерти много говорят, живой покой теряет»), «Ажар ажалға қарамайды» («Смерть на лица не смотрит»), «Өлімнен басқаның ертесі жақсы» («Торопим все, чего ждем, только бы смерть не спешила»), «Өлім деген ұзақ жолдың алысы» («Смерть – это конец самой длинной дороги»).

Отсутствие самоубийств
В степи практически не было случаев самоубийств. Таковых степняки презирали и не хоронили на территории родовых могил, оставляя за их пределами. По ним никаких поминок не проводили. Им не ставили надгробные сооружения. С самого детства человеку внушали, что жизнь человеку дается Всевышним и никто кроме него не может распоряжаться человеческой жизнью. Это хорошо зафиксировал в своих записках в 1830 году известный русский генерал и исследователь С. Броневский: «Склонности к самоубийству неприметно: человекоубийство редко». Или же другое свидетельство оренбургского купца Д. Белова от 1869 года: «Самоубийств у киргизов не бывает, кроме нечаянности».

...И умышленных убийств
Надо отметить, что в толерантном казахском обществе вообще были редки преступления, особенно заканчивавшиеся смертью или гибелью людей. К примеру, по результатам первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года в Букеевской Орде (нынешняя территория Западно-Казахаснкой области) проживало 207 тысяч казахов, и в течение целого года не было ни одного случая убийства человека.
Знаток жизни степняков А. Алекторов писал, что «по природе своей киргизы добры, склонны к дружбе, уживчивы: преступлений в среде народа этого сравнительно мало».
В некоторой степени выплата кунов (штрафов за убийство) также несколько сдерживала совершение особо тяжких преступлений, связанных с убийством человека. Иногда кун уплачивался всем родом убийцы. Такие действия иногда разоряли целые семейства и волости.
В настоящее время общество должно вернуть наши традиционные ценности, когда превыше всего была жизнь человека.